ANTI-COVID-19. Наш центр актуальной правовой информации

Дайджест по банкротным спорам № 7

08.09.2020

Наиболее значимые позиции СКЭС ВС РФ в делах о банкротстве за прошедшие недели:

Инициатива кредиторов не повод для бездействия конкурсного управляющего

Компания обратилась в суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего Должника, выразившиеся в необращении в суд с заявлением о привлечении контролирующих Должника лиц к субсидиарной ответственности.

Суды двух инстанций не нашли оснований для удовлетворения требований Компании, указав, что управляющий надлежащим образом исполнял возложенные на него обязанности, не нарушал права и законные интересы заявителя. Суд округа не согласился с данными выводами, но, в то же время, отметил, что допущенное в этой части бездействие фактически не привело к нарушению прав кредитора, т.к. Компания самостоятельно обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих Должника лиц, следовательно, отсутствуют основания для отмены принятых по делу судебных актов.

Коллегия по экономическим спорам отменила акты трех инстанций и отправила спор на новое рассмотрение, указав, что:

Именно арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, а не кредиторы должника, планирует и реализует меры, направленные на защиту имущественных интересов кредиторов в деле о банкротстве, т.е. он обязан принимать все доступные ему в соответствии с законом меры для пополнения конкурсной массы и максимального удовлетворения требований кредиторов;

Следовательно, оценка действий (бездействия) конкурсного управляющего на предмет законности не может ставиться в зависимость от самостоятельного осуществления конкурсным кредитором предоставленных ему прав.

Субсидиарная ответственность руководителя ликвидированной организации

Судебным актом с Общества в пользу Компании был взыскан долг по договору займа и  проценты за пользование заемными денежными средствами. Компания получила исполнительный лист и направила его в банк, однако задолженность  так и не была погашена Обществом. Позднее на основании решения ФНС Общество было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. Компания обратилась в суд с иском к директору и единственному участнику о привлечении его к субсидиарной ответственности по долгам Общества и взыскании с него суммы задолженности, т.к. полагала, что именно он допустил ситуацию, при которой деятельность организации была прекращена в административном порядке.

Суд первой инстанции отказал заявителю в удовлетворении его требований, исходя из недоказанности того, что невозможность погашения задолженности перед Компанией явилась следствием действий директора. Суд указал на отсутствие причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств перед истцом и тем, что руководитель общества, не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и не воспрепятствовал исключению Общества из ЕГРЮЛ. С такими выводами, однако, не согласились апелляционная инстанция и суд округа, посчитавшие, что директор вел себя неразумно и недобросовестно, был осведомлен о задолженности Общества, однако не исполнил установленную законом обязанность - не обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Коллегия по экономическим спорам отменила акты трех инстанций и отправила спор на новое рассмотрение, указав, что:

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий руководителя (отсутствие отчетности/ расчетов в течение долгого времени) не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. В подобных случаях истец также должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий;

Право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 Закона о банкротстве, связано с наличием в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве. Однако в отношении Общества какой-либо процедуры банкротства не применялось, т.к. оно исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке. Таким образом, суды, установившие вину ответчика в том, что им не было подано заявление о банкротстве Должника, применили к спорным правоотношениям положения Закона о банкротстве необоснованно.

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, законодателем в пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к контролирующим должника лицам о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника.

Когда руководитель использует средства организации как свои собственные

Общество обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности единственного участника Должника. Истец полагал, что в результате контролирующего влияния единственного участника на руководство Должника был заключен ряд подозрительных сделок по выводу с его счетов около 400 млн. рублей, что стало причиной банкротства Должника.

Суд первой инстанции удовлетворил требования заявителя, сославшись на доказанность фактов совершения Должником серии сделок в отсутствие какой-либо выгоды для себя, бенефициаром по которым являлось его контролирующее лицо, что свидетельствовало о выполнении Должником указаний своего участника в ущерб собственным интересам. Апелляционная и кассационная инстанции, однако, не согласились с таким подходом, отметив, что Общество не представило свидетельств совершения либо одобрения непосредственно контролирующим лицом сделок с третьими лицами. Относительно сделок, из совершения которых участник извлек выгоду напрямую, суды указали, что они не прошли «тест на критерий существенности» применительно к масштабам деятельности Должника в целях применения презумпции доведения до банкротства.

Коллегия по экономическим спорам отменила акты судов апелляционной и кассационной инстанции и оставила в силе определение суда первой инстанции, отметив следующее:

Учитывая объективную сложность получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств дачи бенефициаром указаний относительно совершения тех или иных сделок, направленных на выведение из оборота должника денежных средств, должны приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, анализ поведения вовлеченных в спорные отношения субъектов;

Свободное перемещение значительных сумм от подконтрольного конкретному лицу Должника в другие подконтрольные ему организации холдинга в отсутствие между ними реальных экономических отношений, а также использование таким лицом денежных средств Должника как своих собственных и игнорирование им сущности коммерческой организации, предполагающей ее имущественную обособленность, свидетельствует о том, что спорные сделки не могли совершаться без указания основного бенефициара.

 

Автор: Александр Тюнин